Меню
«Приглашение к разговору». Часть 2.

(Продолжение. С началом статьи можно ознакомиться на странице нашего сайта от 05 декабря 2018 г.)

«Волшебные силы»

Часть вторая.

Сказка-фэнтези (режиссер Иосиф Дмитриев).

Спектакль-событие. Но даже не это поражает в последней творческой работе И. Дмитриева. Каждый его спектакль был событием. Но этот – своеобразный театральный эпилог-внутреннее осмысление старого (как этот мир) философского разговора о культуре. В данной статье мы коснемся только тех проблем, которые озвучены в спектакле относительно культуры чувашской.

Спектакль удивителен. Но не только тем, что он сам по себе стал значимой репликой в разговоре о культуре. Он также стал и приглашением к разговору о том, как же решить проблемы и сохранения, и развития культуры? Ведь сохраняется та культура, что развивается, а вовсе не та, что законсервирована. Культура может быть только живой.

Что помогает культуре жить (выживание – это иной процесс)?

Традиционно считается, что язык и письменность (включая наличие письменных памятников) – несут культурные паттерны. Таким образом, тот, кто владеет языком, тот и является носителем культуры. К сожалению, сам язык деградирует также. Поэтому обращение режиссера к той языковой культуре, что запечатлена в сказках и песнях, бытовых обрядах – это поиск своей культурной идентичности, попытка сохранить ту реальность, что неизбежно уходит с течением времени. Язык, что мы слышим на улицах – совсем не тот, что мы слышали еще десять-двадцать лет назад. Создатель спектакля, в данном случае, позволяет культуре продолжать свое существование в простом, но поэтичном слове.

Здесь же нельзя не упомянуть и другую историко-культурологическую проблему чувашского народа: практически полное отсутствие письменных памятников. Что это значит для культуры? Слово, записанное фольклорными исследователями, не находит свою поддержку в аутентичном философском или религиозном осмыслении (каковыми, например, могут являться священные писания). Это мечта художника-поэта-исследователя-ребенка чувашской культуры о том, чтобы найти тот волшебный памятник письменности, который поможет нам в трудную минуту, одарит живительным словом, соберет в себе мудрость веков… Наставит на жизненном пути…Ведь песни, иносказательно повествуя о чем-то важном, остаются для нас загадкой, если мы не можем ввести их в ясно ограненный контекст философии, запечатанной и сохраненной в слове.

Давно уже были отмечены не очень удачные попытки найти философско-религиозную основу чувашской культуры. И здесь, в спектакле, автор смело раздвигает исторические горизонты и, фантазируя (фэнтези!), дарит такую волшебную изначальную книгу своему народу. Она, по правилам жанра, находится в самый трудный момент, возникает из старого источника и уходит снова в глубины колодца.

Еще один образ, трогательный в своей наивности (но, тем не менее, действенный для культурной самоидентификации), который предлагает спектакль – это старинное чувашское платье.

Что меняется в тот миг, когда мы вылезаем из своих современных шмоток и облекаем себя в одежду, веками сохраняющую свое достоинство и несущую любовь поколений? С одной стороны, внутренняя суть не должна бы меняться от внешней круговерти… С другой, кто из нас может считать себя независимым от внешних знаков (и ярлыков)? «Оденешь чувашское платье – чувашем почувствуешь себя», - говорит Мать.

Автор спектакля предлагает простое решение для нашей культуры – обратиться к чистоте стиля старинной национальной одежды, чтобы, как это случилось с Элизой Дулиттл, произошло преображение, чтобы внутренняя красота нашла свое внешнее выражение и засветилась белым домотканым полотном чувашского платья. Чтобы яркая, как солнце, цветочная вышивка по снежному полю подола напомнила нам о насыщенном внутреннем эмоциональном мире народа, которому мы принадлежим.

Конечно, чувашское платье-дар, которое преображает героиню, - это и национальная традиция сама по себе. И приятие традиции обогащает нашу личность еще одной гранью, которую страшно потерять. Современная культура, стирая всякие грани, обезличивает людей, - теперь они все больше напоминают (и одеждой, и выбранной жизненной дорогой) круглых, неотличных друг от друга колобков, перекати-поле, без роду без племени. В то время как оригинальное национальное платье всегда неповторимо, сшито и вышито только в единственном экземпляре, как и путь человека в этом мире.

Этот спектакль, несмотря на всю его художественно-философскую глубину, не становится исключительно «элитным». Он приглашает к интеллектуальному разговору самого разного зрителя. Так же, как во время долгих бесед взрослых о судьбах мира (мы помним эти традиционные семейные застолья!) всегда присутствовали дети, набираясь ума-разума, так же и спектакль ведет беседу на непростые темы со всеми, кто пришел.

Вне всякого сомнения, даже в душах самых маленьких зрителей, кого еще не интересует разговор о культуре, спектакль отзовется волшебным эхом чудес, которые возможны, если мы владеем особым языком, если у нас есть книга знаний, если мы одеваем удивительные национальные платья

Для того, чтобы совершенно любой зритель вошел в уникальный мир спектакля недостаточно только силы режиссерской мысли. Свою «волшебную силу» необходимо проявить актерам, художникам, костюмерам, осветителям, звукорежиссерам, - но об этом мы скажем в следующий раз.

Эльби Введенская

Продолжение следует.



написать комментарий
*Имя *e-mail
 
Защита от автоматического заполнения
CAPTCHA
обновить изображение
Введите слово с картинки*: